Зи­мой 2024–2025 го­дов ре­дак­ция жур­на­ла «Шрифт» всту­пи­ла в пе­ре­пис­ку с ди­зайн-сту­ди­ей «Экс­пе­ри­мен­тал джет­сет». Трио из Ни­дер­лан­дов да­ло со­гла­сие на пуб­ли­ка­цию пе­ре­во­да их эс­се, при­сла­ло об­сто­я­тель­ные от­ве­ты на на­ши во­про­сы и об­но­влён­ную вер­сию ав­то­био­гра­фии. Сло­жив­шу­ю­ся та­ким об­ра­зом под­бор­ку мы и пред­ла­га­ем вни­ма­нию чи­та­те­ля.

Type design competition — ма­ши­на с от­ла­жен­ным за мно­го лет ме­ха­низ­мом и осо­бен­но­стя­ми в за­ви­си­мо­сти от ре­гла­мен­та, со­ста­ва жю­ри и ме­то­дов оцен­ки ра­бот. Ди­зай­нер Кон­стан­тин Го­лов­чен­ко дол­гое вре­мя изу­чал ис­то­рию кон­кур­сов ки­рил­ли­че­ских шриф­тов и со­брал уни­каль­ные ар­хив­ные ма­те­ри­а­лы о про­ек­тах и ху­дож­ни­ках. Мы пуб­ли­ку­ем вто­рую часть его ис­сле­до­ва­ния: кон­кур­сы 1950−70-х го­дов сре­ди стран СЭВ и в Че­хо­сло­ва­кии.

Ты­ся­чам ли­но­ти­пов про­гресс не оста­вил ме­ста в из­да­тель­ских це­хах. Се­го­дня лишь эн­ту­зи­а­сты пе­ре­пач­кан­ны­ми ти­по­граф­ской крас­кой ру­ка­ми ре­ста­ври­ру­ют эти стро­ко­от­лив­ные ма­ши­ны и, не­взи­рая на не­без­опас­ность ра­бо­ты с рас­плав­лен­ным ме­тал­лом, со­хра­ня­ют ма­стер­ство под­го­тов­ки гра­нок к пе­ча­ти. Бла­го­да­ря та­ким увлечён­ным лю­дям из­ме­нив­шее мир изоб­ре­те­ние по­лу­чи­ло шанс не остать­ся за­бы­тым.

22 ян­ва­ря 2022 го­да ис­пол­ни­лось бы 80 лет ти­по­гра­фу, шриф­то­во­му и гра­фи­че­ско­му ди­зай­не­ру Ге­рар­ду Ун­ге­ру. Он, воз­мож­но, был са­мым от­кры­тым к экс­пе­ри­мен­там и спо­соб­ным дей­стви­тель­но, а не из веж­ли­во­сти, до­пус­кать су­ще­ство­ва­ние аль­тер­на­тив­ных то­чек зре­ния как в ди­зай­не, так и в на­у­ке. В па­мять о лю­би­мом ди­зай­не­ре и ис­сле­до­ва­те­ле мы пе­ре­ве­ли на рус­ский речь Ге­рар­да Ун­ге­ра на це­ре­мо­нии вступ­ле­ния в долж­ность про­фес­со­ра ти­по­гра­фи­ки в Лей­ден­ском уни­вер­си­те­те в 2007 го­ду.

Пред­став­ля­ем еже­год­ный об­зор са­мых при­ме­ча­тель­ных шриф­тов с ки­рил­ли­цей. Усло­вия вы­бо­ра про­ек­тов для об­зо­ра: 1. Шрифт дол­жен со­дер­жать стан­дарт­ный на­бор ки­рил­лов­ских зна­ков; 2. Пра­во на его ис­поль­зо­ва­ние долж­но быть до­ступ­но для при­об­ре­те­ния лю­бо­му же­ла­ю­ще­му; 3. Да­та вы­пус­ка — не ра­нее ян­ва­ря и не по­зд­нее де­ка­бря 2018 го­да.

Ди­ма Бар­ба­нель на­хо­дит­ся в Со­чи на бал­ко­не квар­ти­ры, сня­той как лет­няя ре­зи­ден­ция в от­но­си­тель­ной без­опас­но­сти от COVID-19. Ев­ге­ний Юке­чев бе­се­ду­ет из рай­о­на Пан­ков в Бер­ли­не. Ди­му сле­пит май­ское солн­це, а уй­ти с бал­ко­на он не мо­жет — у Юке­че­ва есть же­ла­ние за­дать за­го­тов­лен­ные во­про­сы. Из­на­чаль­ной за­да­чей бы­ло об­су­жде­ние кон­крет­ных про­ек­тов с рас­став­ле­ни­ем по хо­ду нуж­ных ак­цен­тов, но Ди­ма ушёл в ме­та­фи­зи­ку с эле­мен­та­ми ис­по­ве­ди, при­шлось до­пи­сы­вать в два приёма.

Мак­сим Жу­ков о друж­бе и ра­бо­те с Аа­ро­ном Бёрн­сом — ти­по­гра­фом, эн­ту­зи­а­сте ти­по­гра­фи­ки, внёс­шем зна­чи­тель­ный вклад в воз­ро­жде­ние ти­по­гра­фи­ки в пост­со­вет­ской Рос­сии. «Не­лов­ко ска­зать, то­гда я не знал, кто та­кой Аа­рон Бёрнс. Мы ни­ко­гда не встре­ча­лись, и да­же если вме­сте бы­ва­ли на од­ном и том же ме­ро­при­я­тии, я ед­ва ли мог узнать в этом эле­гант­ном се­до­вла­сом джен­тель­ме­не Аа­ро­на Бёрн­са. За­то я хо­ро­шо знал дом, где ра­бо­та­ли он и его кол­ле­ги. Ми­мо не­го я про­хо­дил по­чти каж­дый день. Он и се­го­дня на­хо­дит­ся по ад­ре­су пло­щадь Хам­мар­шельда, 2, в двух квар­та­лах от ком­плек­са зда­ний ООН».

Вес­ной 2020 го­да на рус­ском язы­ке вы­шел в свет ро­ман «Под­ма­сте­рье Гу­тен­бер­га» аме­ри­кан­ской пи­са­тель­ни­цы Аликс Кри­сти. Ро­ман об од­ном из важ­ней­ших стар­та­пов в ис­то­рии че­ло­ве­че­ства — пе­ча­ти Биб­лии Гу­тен­бер­га. Не­ожи­дан­но, но кни­га по­яви­лась не в од­ном из круп­ных из­да­тельств ху­до­же­ствен­ной ли­те­ра­ту­ры, а в дру­же­ствен­ной нам ма­стер­ской «Де­мо­ны пе­ча­ти». Её ру­ко­во­ди­тель Сер­гей Бе­сов рас­ска­зал, что это впол­не за­ко­но­мер­ный шаг для ма­стер­ской. Мы рас­спро­си­ли его о де­та­лях, по­го­во­ри­ли о бу­ду­щем «Де­мо­нов» как из­да­тель­ско­го про­ек­та и за­од­но по­ин­те­ре­со­ва­лись у шриф­то­во­го ди­зай­не­ра Оле­га Ма­цу­е­ва о шриф­те для но­вой кни­ги.

Пред­став­ля­ем еже­год­ный об­зор са­мых при­ме­ча­тель­ных шриф­тов с ки­рил­ли­цей. Усло­вия вы­бо­ра про­ек­тов для об­зо­ра: 1. Шрифт дол­жен со­дер­жать стан­дарт­ный на­бор ки­рил­лов­ских зна­ков; 2. Пра­во на его ис­поль­зо­ва­ние долж­но быть до­ступ­но для при­об­ре­те­ния лю­бо­му же­ла­ю­ще­му; 3. Да­та вы­пус­ка — не ра­нее ян­ва­ря и не по­зд­нее де­ка­бря 2019 го­да.

«Я хо­чу, не до­жи­да­ясь ва­ше­го во­про­са, ска­зать очень по­лез­ную фра­зу для жур­на­ла „Шрифт“. Я хо­чу ска­зать, что если есть на све­те сю­жет, наи­ме­нее впи­сы­ва­ю­щий­ся в про­филь жур­на­ла „Шрифт“, ка­ким он мне сей­час пред­став­ля­ет­ся, то сю­жет Яна ван То­ор­на имен­но та­ков. И это за­ме­ча­тель­но как для жур­на­ла „Шрифт“, так уж для Яна ван То­ор­на тем бо­лее. Вы же зна­е­те его от­но­ше­ние к шриф­там? И вы на­вер­ня­ка зна­е­те, что я с ним во мно­гом со­ли­да­рен» — так на­чал­ся наш раз­го­вор с Вла­ди­ми­ром Кри­чев­ским ле­том 2014 го­да.

«Для то­го что­бы на­чать сво­бод­но экс­пе­ри­мен­ти­ро­вать с фор­ма­ми и рит­ма­ми ки­рил­ли­цы, нуж­но по­ста­вить под во­прос об­ще­при­ня­тые прак­ти­ки и ре­шить­ся сде­лать ина­че». Ав­то­ры те­ле­грам-ка­на­ла «DIN, съев­ший Гель­ве­ти­ку, и его дру­зья» Ири­на Смир­но­ва и Макс Ильи­нов — ди­зай­не­ры шриф­та и кал­ли­гра­фы — мно­го ра­бо­та­ют над ло­ка­ли­за­ци­я­ми шриф­тов. Они по­сто­ян­но за­да­ют­ся во­про­сом: как экс­пе­ри­мен­ти­ро­вать с фор­мой и рит­мом ки­рил­ли­цы, не под­стра­и­ва­ясь под ла­ти­ни­цу? И как обой­ти всё упро­ща­ю­щую до­ми­нан­ту — взять го­то­вые де­та­ли ис­ход­ной пись­мен­но­сти и по­стро­ить из них соб­ствен­ные зна­ки?

Ис­то­рии из­вест­ны при­ме­ры ав­тор­ских изоб­ре­те­ний пись­мен­но­сти для це­лых эт­но­сов, од­на­ко ред­кая пись­мен­ность под­вер­га­лась та­ко­му ко­ли­че­ству пре­об­ра­зо­ва­ний и ре­форм, как ки­рил­ли­ца. В этом очер­ке ти­по­граф и глав­ный ре­дак­тор жур­на­ла «Шрифт» Ев­ге­ний Юке­чев раз­би­ра­ет­ся как с ба­зо­вы­ми по­ло­же­ни­я­ми и осо­бен­но­стя­ми эво­лю­ции ки­рил­лов­ской пись­мен­но­сти и её пе­чат­ной гра­фи­ки, так и с со­вре­мен­ным со­сто­я­ни­ем и зна­ко­вым со­ста­вом ки­рил­лов­ско­го ал­фа­ви­та.

Да­вай­те го­во­рить пра­виль­но и про­ще: ки­рил­лов­ские шриф­ты, шриф­ты на ки­рил­лов­ской осно­ве (или, в кон­це кон­цов, шриф­ты на осно­ве ки­рил­ли­цы) — бла­го тра­ди­ция упо­треб­ле­ния не­вер­но­го при­ла­га­тель­но­го мо­ло­да и от­нюдь не глу­бо­ка. Знаю, что не­ко­то­рые от­верг­нут моё пред­ло­же­ние, на­по­мнив не­что хо­дуль­ное: раз­ви­тие язы­ка ло­ги­ке не под­чи­ня­ет­ся. Что тут ска­зать? Для пре­ус­пе­я­ния в язы­ке гра­фи­ки, тем бо­лее шриф­то­вой, очень по­лез­но пра­виль­но изъ­яс­нять­ся и на язы­ке слов.

Ка­жет­ся, что с кон­ца 80-х го­дов XX ве­ка, ко­гда уси­ли­я­ми их на­след­ни­ков и ис­сле­до­ва­те­лей рус­ско­го аван­гар­да бы­ли опуб­ли­ко­ва­ны пись­ма из ар­хи­ва, ста­тьи и вос­по­ми­на­ния, в твор­че­стве Род­чен­ко и Сте­па­но­вой для сто­рон­не­го гла­за не оста­лось по­тай­ных угол­ков. Зна­ком­ство и бе­се­да с Алек­сан­дром Ла­врен­тье­вым, ис­сле­до­ва­те­лем и про­фес­со­ром Стро­га­нов­ской ака­де­мии, по­мо­гли взгля­нуть на мно­гие ве­щи под осо­бым уг­лом. Био­гра­фия Род­чен­ко до эпо­хи кон­струк­ти­виз­ма, его роль во ВХУ­ТЕ­МА­Се, кон­струк­ти­вист­ский лет­те­ринг как буд­то на­хо­ди­лись в те­ни жи­во­пи­си ху­дож­ни­ка, а так­же его гром­ких ре­клам­ных про­ек­тов 20-х го­дов. Этим сто­ро­нам жиз­ни и твор­че­ства Род­чен­ко по­свя­ще­но ин­тер­вью.

Пе­ре­вод шриф­тов с ла­тин­ской ал­фа­вит­ной осно­вой на дру­гие язы­ки ча­сто вос­при­ни­ма­ет­ся как не­твор­че­ское, не­срав­ни­мое с со­зда­ни­ем но­вых ори­ги­наль­ных шриф­тов де­ло. Меж­ду тем лю­бой пе­ре­вод — тре­бу­ю­щая глу­бо­ких по­зна­ний ра­бо­та, ко­то­рая и сей­час ещё ма­ло осмыс­ле­на в про­фес­си­о­наль­ных ис­сле­до­ва­ни­ях. Очерк Вла­ди­ми­ра Ефи­мо­ва, ко­то­рый мы пред­ла­га­ем чи­та­те­лю, был опуб­ли­ко­ван в 2007 го­ду в жур­на­ле «Про­ек­тор» № 0(1). Не­смот­ря на то что речь в нём идёт лишь о до­ра­бот­ке ки­рил­лов­ской ча­сти шриф­та, са­ма ло­ги­ка экс­пер­ти­зы, а так­же про­фес­си­о­на­лизм ав­то­ра при­да­ют этой не­боль­шой пуб­ли­ка­ции вне­вре­мен­ную цен­ность.

Ху­дож­ник Вла­ди­мир Мед­ве­дев (1931–1999) по­свя­тил жизнь кни­ге и пе­чат­ной гра­фи­ке. Па­ра­док­саль­но, но од­но­го из са­мых яр­ких лю­дей в оте­че­ствен­ном гра­фи­че­ском ди­зай­не вто­рой по­ло­ви­ны XX ве­ка прак­ти­че­ски ни­кто не зна­ет: в се­ти о нём нет ин­фор­ма­ции, за ис­клю­че­ни­ем не­сколь­ких строк. Ге­ор­гий Рать­ков­ский со­брал кол­лек­цию ра­бот Вла­ди­ми­ра Мед­ве­де­ва и про­ком­мен­ти­ро­вал лю­би­мые об­раз­цы.

«Лю­ди сло­ва» (Men of letters) — так на­зы­ва­ли в эпо­ху Воз­ро­жде­ния гу­ма­ни­стов, ко­то­рые об­ре­ли ин­тел­лек­ту­аль­ную не­за­ви­си­мость от цер­кви и го­су­дарств и раз­ви­ва­ли меж­ду­на­род­ное со­об­ще­ство по­сред­ством книг и пи­сем. Это опре­де­ле­ние пре­крас­но под­хо­дит и Пе­те­ру Би­ла­ку: он пи­шет ста­тьи, чи­та­ет лек­ции, из­даёт кни­ги и де­ла­ет шриф­ты. Два­дцать лет на­зад Пе­тер от­крыл свою сло­во­лит­ню Typo­theque в Га­а­ге. С тех пор он за­пу­стил не­сколь­ко из­да­тель­ских про­ек­тов, на­при­мер жур­на­лы Dot Dot Dot и Works That Work.

Один ум­ней­ший че­ло­век го­во­рил мне, что вся­кий про­гресс — это на са­мом де­ле ре­гресс. Мой ак­ту­аль­ный сю­жет слу­жит то­му не­пло­хим под­твер­жде­ни­ем. Ны­неш­ние ука­за­те­ли мо­сков­ско­го мет­ро не­со­вер­шен­ны. Ни­же­сле­ду­ю­щие за­мет­ки — толь­ко о том, что за­ме­ча­ешь с пер­во­го взгля­да на слу­чай­ных при­ме­рах. Их сле­ду­ет рас­смат­ри­вать все­го лишь как сиг­на­лы ви­зу­аль­но­го не­бла­го­по­лу­чия. Все мои «дол­жен», «луч­ше», «сле­ду­ет», «пло­хо» — это субъ­ек­тив­ные из­мыш­ле­ния пас­са­жи­ра, за­ви­ся­ще­го от ука­за­те­лей, и к то­му же ди­зай­не­ра с ти­по­гра­фи­че­ски­ми на­клон­но­стя­ми.

Мы живём во вре­ме­на, пе­ре­на­сы­щен­ные ин­фор­ма­ци­ей, но при этом очень мно­гое про­хо­дит ми­мо на­ше­го вни­ма­ния. К при­ме­ру, со­вет­ский ди­зайн. «Зверь», до сих пор эк­зо­ти­че­ский и ма­ло­изу­чен­ный не толь­ко в ми­ре, но и в со­вре­мен­ной Рос­сии. Ди­зай­нер Сер­гей Пет­ров пе­ре­ли­стал свою кол­лек­цию жур­на­лов «Тех­ни­че­ская эсте­ти­ка», по­го­во­рил с участ­ни­ка­ми ред­кол­ле­гии жур­на­ла раз­ных лет и на­пи­сал о том, по­че­му и се­го­дня ТЭ остаёт­ся при­вле­ка­тель­ным фе­но­ме­ном для ис­сле­до­ва­те­лей гра­фи­че­ской куль­ту­ры, о чём го­во­рит и не­дав­но вы­шед­шая уве­си­стая мо­но­гра­фия о ВНИ­ИТЭ в из­да­тель­стве Unit Editions.

Пред­став­ля­ем еже­год­ный об­зор са­мых при­ме­ча­тель­ных шриф­тов с ки­рил­ли­цей. Усло­вия вы­бо­ра про­ек­тов для об­зо­ра: 1. Шрифт дол­жен со­дер­жать стан­дарт­ный на­бор ки­рил­лов­ских зна­ков; 2. Пра­во на его ис­поль­зо­ва­ние долж­но быть до­ступ­но для при­об­ре­те­ния лю­бо­му же­ла­ю­ще­му; 3. Да­та вы­пус­ка — не ра­нее ян­ва­ря и не по­зд­нее де­ка­бря 2018 го­да.

Type design competition — ма­ши­на с от­ла­жен­ным за мно­го лет ме­ха­низ­мом и осо­бен­но­стя­ми в за­ви­си­мо­сти от ре­гла­мен­та, со­ста­ва жю­ри и ме­то­дов оцен­ки ра­бот. Всё ча­ще в кон­кур­сах по­яв­ля­ет­ся ка­те­го­рия для не­ла­тин­ских шриф­тов. Ди­зай­нер Кон­стан­тин Го­лов­чен­ко дол­гое вре­мя изу­чал ис­то­рию кон­кур­сов ки­рил­ли­че­ских шриф­тов и со­брал уни­каль­ные ар­хив­ные ма­те­ри­а­лы о про­ек­тах и ху­дож­ни­ках. Мы пуб­ли­ку­ем пер­вую часть его ис­сле­до­ва­ния — о том, ка­кие бы­ли кон­кур­сы в до­ре­во­лю­ци­он­ной Рос­сии и в пер­вые го­ды со­вет­ской вла­сти.

Шрифт — один из са­мых слож­ных объ­ек­тов ав­тор­ско­го пра­ва. За­пись в фейс­бу­ке осно­ва­тель­ни­цы сту­дии Brownfox Га­янэ Баг­да­са­рян о прин­ци­пах ли­цен­зи­ро­ва­ния сво­их шриф­тов вы­зва­ла це­лый шквал ком­мен­та­ри­ев. Ока­за­лось, что во­про­сы ре­гу­ли­ро­ва­ния обо­ро­та и охра­ны шриф­тов как объ­ек­тов ав­тор­ско­го пра­ва вос­при­ни­ма­ют­ся поль­зо­ва­те­ля­ми по­верх­ност­но. Алек­сей Му­раш­ко, ти­по­граф и юрист по об­ра­зо­ва­нию, по­пы­тал­ся пред­ста­вить фак­ти­че­ское по­ло­же­ние дел с ли­цен­зи­ро­ва­ни­ем шриф­тов и про­ана­ли­зи­ро­вал ли­цен­зии ве­ду­щих сту­дий.

Ти­по­гра­фи­ку в опре­делён­ном смыс­ле мож­но срав­нить со сту­лом: у неё есть функ­ция. Ко­гда вы про­ек­ти­ру­е­те стул, вы зна­е­те, что лю­ди бу­дут на нём си­деть. Он долж­ен быть надёж­ным, без­опас­ным и функ­ци­о­наль­ным. Но если вы хо­ти­те че­го-то боль­ше­го — это уже за­да­ча по­слож­нее. Осо­бен­но в тек­сто­вых шриф­тах, где фор­мы зна­ков мак­си­маль­но функ­ци­о­наль­ны и не очень вы­ра­зи­тель­ны. Это уже на­по­ми­на­ет вы­бор крос­со­вок.

6 мая ис­пол­ни­лось 70 лет со дня ро­жде­ния шриф­то­во­го ди­зай­не­ра Вла­ди­ми­ра Ефи­мо­ва (*6 мая 1949 †23 фе­вра­ля 2012). Мы вы­бра­ли 10 шриф­тов Вла­ди­ми­ра Ве­не­дик­то­ви­ча и со­про­во­ди­ли их ком­мен­та­ри­я­ми, ко­то­рые он за­пи­сал в 2010 го­ду для вы­став­ки «Шриф­то­вых дел ма­стер» в Му­зее ар­хи­тек­ту­ры. Мы пуб­ли­ку­ем ком­мен­та­рии с не­боль­ши­ми со­кра­ще­ни­я­ми. Спи­сок на­чи­на­ет­ся со шриф­тов, ко­то­рые не все­гда свя­зы­ва­лись в со­зна­нии чи­та­те­лей с «ака­де­ми­че­ским» сти­лем Вла­ди­ми­ра Ефи­мо­ва.

«За­те­вая три го­да на­зад ис­сле­до­ва­ние гра­фи­ки древ­не­рус­ских книг, мы ста­ви­ли сво­ей це­лью преж­де все­го опре­де­лить тех­ни­ку ис­пол­не­ния устав­ных и по­лу­устав­ных по­чер­ков XIV–XVI ве­ков, по­нять, как эта тех­ни­ка со­от­но­сит­ся с тем, что из­вест­но нам о за­пад­ной кал­ли­гра­фии, вы­явить дук­ты пись­ма и в кон­це кон­цов про­ве­рить, со­от­вет­ству­ет ли дей­стви­тель­но­сти ут­вер­жде­ние о ри­со­ван­ном ха­рак­те­ре уста­ва. То, что в ито­ге на­ми об­на­ру­же­но, в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни ме­ня­ет пред­став­ле­ние о древ­не­рус­ской кал­ли­гра­фии».

«Мне ка­жет­ся, вдох­но­ве­ние при­хо­дит от куль­ту­ры во­об­ще. Сквозь приз­му куль­ту­ры я под­ме­чаю но­вые ве­щи или яв­ле­ния, ко­то­рые вос­хи­ща­ют ме­ня и ста­но­вят­ся ис­точ­ни­ком вдох­но­ве­ния. Я лю­блю ев­ро­пей­ский аван­гард. Сна­ча­ла это был аван­гард на­ча­ла XX ве­ка, рус­ский аван­гард, кон­струк­ти­визм, гол­ланд­ский аван­гард, Ба­у­ха­уз, за­тем ита­льян­ский фу­ту­ризм и дви­же­ние да­да в Гер­ма­нии…»

Вес­ной 2018 го­да в Моск­ве и Пе­тер­бур­ге про­шла од­но­имён­ная вы­став­ка, о ко­то­рой мы дав­но хо­те­ли на­пи­сать. Хо­тя вы­став­ка дли­лась со­всем не­дол­го, она ста­ла важ­ным со­бы­ти­ем в кал­ли­гра­фи­че­ском со­об­ще­стве и по­ка­за­ла, что со­вре­мен­ное рус­ское пись­мо не обя­за­тель­но долж­но на­по­ми­нать нам лишь об ар­ха­и­ке. Один из устро­и­те­лей вы­став­ки, ди­зай­нер шриф­та и кал­ли­граф Олег Ма­цу­ев, раз­мыш­ля­ет о воз­мож­но­сти со­вре­мен­но­го бы­то­ва­ния ки­рил­лов­ской ру­ко­пис­ной тра­ди­ции и о том, по­че­му без са­мо­быт­но­го пись­ма не мо­жет быть са­мо­быт­но­го ди­зай­на.

Пред­став­ля­ем еже­год­ный об­зор жур­на­ла «Шрифт», сде­лан­ный с по­мо­щью на­ших дру­зей из Readymag. Усло­вия вы­бо­ра шриф­тов для об­зо­ра оста­лись сле­ду­ю­щи­ми: 1) шрифт дол­жен со­дер­жать стан­дарт­ный на­бор ки­рил­лов­ских зна­ков; 2) пра­во на ис­поль­зо­ва­ние шриф­та долж­но быть до­ступ­но для при­об­ре­те­ния лю­бо­му же­ла­ю­ще­му; 3) да­та вы­пус­ка — не ра­нее ян­ва­ря и не по­зд­нее де­ка­бря 2017 го­да.

«Кни­га ки­не­тич­на, она вза­и­мо­дей­ству­ет со зри­те­лем не так, как скульп­ту­ра или кар­ти­на. К то­му же ей все­гда со­пут­ству­ет ожи­да­ние опре­делён­ных от­но­ше­ний меж­ду тек­стом и гра­фи­кой. Это слож­ный ме­ди­ум, что­бы его ис­поль­зо­вать, мне долж­но по­нра­вить­ся то, что но­во­го я мо­гу при­вне­сти в от­но­ше­ния тек­ста и кар­тин­ки, и с точ­ки зре­ния ки­не­ти­ки кни­ги. Мне не­ин­те­рес­но пе­ре­и­зоб­ре­тать кон­струк­цию кни­ги. По­то­му что мне ка­жет­ся, что там и так до­ста­точ­но во­про­сов…»

Вла­ди­мир Кри­чев­ский о юно­сти ти­по­гра­фа: «Ак­ку­рат­но бри­тые штат­ни­ки», к ко­им я при­над­ле­жал, стре­ми­лись под­ра­жать обык­но­вен­ным аме­ри­кан­цам, бла­го в оде­жде по­след­них бы­ла (есть?) мас­са тон­чай­ших осо­бен­но­стей, ко­то­рым, соб­ствен­но, и по­свя­ще­но при­ме­ча­ние из «Гра­фи­че­ских зна­ков От­те­пе­ли». В до­пол­не­ние к не­му сто­ит под­черк­нуть, что не будь я «штат­ни­ком» (это тре­бо­ва­ло осо­бой остро­ты зри­тель­ной вос­при­им­чи­во­сти), очень воз­мож­но, не стал бы и ти­по­гра­фом. Раз­рез, об­шла­гá и пу­го­ви­цы пи­джа­ка — чем не те же за­сеч­ки и на­плы­вы?!"

«Со­здать ин­те­рес­ный гро­теск — это да­ле­ко не так про­сто. Но всё же если по­ста­рать­ся, то мож­но при­вне­сти что-то но­вое в этот жанр, от­ли­ча­ю­ще­е­ся от уже су­ще­ству­ю­щих гро­те­сков. Это как пес­ня на трёх ак­кор­дах — воз­мож­но­сти без­гра­нич­ны. Шриф­ты очень чув­стви­тель­ны да­же к не­боль­шим из­ме­не­ни­ям, не­уло­ви­мые де­та­ли мо­гут со­здать со­вер­шен­но но­вое ощу­ще­ние…»

Ве­ра Ев­стафье­ва о про­цес­се раз­ра­бот­ки шриф­тов: «Ме­ня по­ра­жа­ет по­доб­ная био­морф­ность шриф­та. Имен­но в этой слож­но­сти при­чи­на то­го, что по­ка не со­здан ге­не­ра­тор но­вых шриф­тов. За­ко­но­мер­но­сти вну­три шриф­тов, их па­ра­диг­ма и ге­но­тип бы­ва­ют прин­ци­пи­аль­но раз­ны­ми, и это уди­ви­тель­но, как и то, что не­воз­мож­но из­ме­рить од­ной и той же ло­ги­кой все шриф­ты. Те шриф­то­вые ди­зай­не­ры, ко­то­рые вы­би­ра­ют путь раз­но­об­ра­зия в сво­ей ра­бо­те (не куль­ти­ва­цию од­но­го сти­ля), зна­ют это ощу­ще­ние воз­ни­ка­ю­щее ещё на эта­пе за­мыс­ла шриф­та: всё на­чи­на­ет­ся как буд­то за­но­во, и с каж­дым но­вым про­ек­том при­хо­дит­ся ис­кать но­вый путь».

Ме­мо­ри­аль­ная дос­ка с тек­стом Под­жо Брач­чо­ли­ни из цер­кви Свя­той Ма­рии в Тер­ра­нуо­ва-Брач­чо­ли­ни, не­боль­шом то­скан­ском го­род­ке меж­ду Фло­рен­ци­ей и Арец­цо — од­на из са­мых стран­ных над­пи­сей эпо­хи Воз­ро­жде­ния. Длин­ный текст рас­ска­зы­ва­ет, как «один рим­ский гра­жда­нин, бед­ный и ну­жда­ю­щий­ся», се­то­вал Бо­гу на свою жизнь. В че­ре­де снов ему при­ви­дел­ся при­зрак, по­ве­лев­ший раз­ру­шить ал­тарь в цер­кви, по­стро­ен­ной Сик­стом II, ибо под ним скры­ва­лось со­кро­ви­ще...

Ру­стам Габ­ба­сов о кни­ге «О язы­ке ком­по­зи­ции» Юрия Гор­до­на: «Не­смот­ря на то что ав­тор не мо­жет скрыть иро­нии пе­ред ака­де­ми­че­ски­ми со­чи­не­ни­я­ми о ком­по­зи­ции, его соб­ствен­ная кни­га даёт ни­чуть не боль­ше от­ве­тов. „О язы­ке ком­по­зи­ции“ — не­ров­ное, за­ди­ри­стое со­чи­не­ние „обо всём сра­зу“, но усерд­ный чи­та­тель най­дёт в нём на­сто­я­щие жем­чу­жи­ны смыс­ла. <...> У каж­дой гла­вы — свой по­вод для раз­го­во­ра. Точ­нее все­го бы­ло бы на­звать их опы­та­ми по ком­по­зи­ции: вни­ма­ние ав­то­ра мо­жет при­влечь зна­ме­ни­тая скульп­ту­ра, ар­хи­тек­тур­ное со­ору­же­ние, слу­чай­но об­на­ру­жен­ная до­ма пла­сти­ко­вая иг­руш­ка и, ко­неч­но, кни­ги».

«Ме­то­ди­ка ра­бо­ты с кон­ту­ра­ми у всех очень раз­ная: есть „циф­ро­вые“ лю­ди, ко­то­рые сра­зу ви­дят кон­тур и на­чи­на­ют ри­со­вать точ­ку за точ­кой, кто-то, на­о­бо­рот, сна­ча­ла гру­бо на­бра­сы­ва­ет ли­нии, а по­том на­чи­на­ет их по­прав­лять. Кто-то хо­чет ви­деть точ­ки, а ко­му-то они ме­ша­ют, ко­му-то важ­но ви­деть за­ли­тые кон­ту­ры, а не­ко­то­рые мо­гут ра­бо­тать толь­ко с го­лым кон­ту­ром. И я ста­ра­юсь сде­лать про­грам­му мак­си­маль­но на­стра­и­ва­е­мую, по­это­му, кста­ти, ни­ко­гда не сле­ду­ет поль­зо­вать­ся „де­фолт­ны­ми“ уста­нов­ка­ми в „Фонтла­бе“».

Я сра­зу по­нял, что нуж­но смот­реть по сто­ро­нам. Что в Швей­ца­рии ти­по­гра­фи­ка од­на, в Ба­зе­ле — дру­гая, а ти­по­гра­фи­ка Эми­ля Ру­де­ра не­по­хо­жа ни на од­ну из них. «Да­же не по­ка­зы­вай, я знаю, что они там де­ла­ют», — ска­зал Ру­дер, ко­гда я по­пы­тал­ся про­де­мон­стри­ро­вать ему свои ра­бо­ты. «Там» — это в За­пад­ной Гер­ма­нии, на гра­ни­це со швей­цар­ским Ба­зе­лем. Так слу­чи­лось, что я жил по ту сто­ро­ну гра­ни­цы, в го­ро­де Вайль-ам-Райн. Путь до Ба­зе­ля был лёг­кой про­гул­кой к гра­ни­це. Путь к ти­по­гра­фи­ке ле­жал че­рез гра­ни­цу. В ап­ре­ле 1960 го­да я по­лу­чил раз­ре­ше­ние на пе­ре­се­че­ние по­гра­нич­ной зо­ны, что­бы стать бли­же к ти­по­гра­фи­ке...

«В ра­бо­те раз­го­во­ры за­ни­ма­ют семь­де­сят про­цен­тов вре­ме­ни, а сам ди­зайн де­ла­ет­ся край­не бы­стро. Бес­ко­неч­ные пе­ре­ме­ще­ния букв по ли­сту — не наш стиль. Важ­но, что­бы ра­бо­та бы­ла ин­те­рес­на са­мо­му за­каз­чи­ку, ведь бы­ва­ет, что тот кон­такт, о ко­то­ром ты го­во­ришь, не воз­ни­ка­ет. Это как в лю­бви: если вза­им­но­го ин­те­ре­са нет, то и ра­бо­та по­лу­чит­ся не­важ­ная».

В из­да­тель­стве «Арт Вол­хон­ка» вы­шла кни­га Вла­ди­ми­ра Кри­чев­ско­го (при де­я­тель­ном уча­стии Ге­ор­гия Рать­ков­ско­го) «Гра­фи­че­ские пре­ле­сти и курьёзы: кни­га для чут­ко­го ди­зай­не­ра». Но­вые этю­ды об оформ­ле­нии до­во­ен­ных со­вет­ских кни­жек по­яви­лись вско­ре по­сле квад­рат­но­го аль­бом­чи­ка о про­блес­ках «фор­ма­лиз­ма» во внеш­но­сти кни­ги в 1930-е. Меж­ду не­боль­ши­ми по объ­ёму со­чи­не­ни­я­ми есть пе­ре­клич­ка в глав­ном, но в вы­бо­ре ви­зу­аль­но­го ма­те­ри­а­ла кни­ги от­ли­ча­ют­ся су­ще­ствен­но.

«Нам про­сто нра­вит­ся пе­ча­тать» — та­ки­ми сло­ва­ми встре­ча­ет пер­вый но­ме­р жур­на­ла Paper, ко­то­рый Эрик Шпи­кер­ман c не­боль­шой ко­ман­дой вы­пус­ка­ет в ма­стер­ской p98a. Эту пе­чат­ную ма­стер­скую в рай­о­не Тир­гар­тен го­ро­да Бер­лин по ад­ре­су Пот­сда­мер-штрас­се, 98a Эрик от­крыл вско­ре по­сле про­да­жи ком­па­нии Font­Shop в 2014 го­ду кор­по­ра­ции Mono­type, что мно­гих, мяг­ко го­во­ря, уди­ви­ло.

«Я ви­жу, что Вла­ди­мир Кри­чев­ский до­стиг не­ве­ро­ят­ных вы­сот по­ни­ма­ния су­ти ве­щей в про­фес­сии, про­свет­ле­ния, не­ви­ди­мой гра­ни­цы го­ри­зон­та со­бы­тий, от­ку­да, как из­вест­но, до­ро­ги на­зад нет. Это не ак­тив­ная ти­по­гра­фи­ка, в ко­то­рой ти­по­граф воз­дей­ству­ет на со­дер­жа­ние, во всех от­но­ше­ни­ях опре­де­ляя его фор­му, а ско­рее дзен-прак­ти­ка, со­зер­ца­тель­ная ти­по­гра­фи­ка, в ко­то­рой он на­хо­дит оча­ро­ва­ние быть на­блю­да­те­лем, быть ве­до­мым...»

Еле­на Гер­чук об экс­пе­ри­мен­тах с книж­ны­ми кон­струк­ци­я­ми: «Воз­мож­но­сти элек­трон­ной кни­ги, соб­ствен­но струк­тур­ные её воз­мож­но­сти, поз­во­ля­ю­щие чи­та­те­лю мг­но­вен­но и в лю­бой мо­мент пе­ре­хо­дить (или не пе­ре­хо­дить, то есть са­мо­сто­я­тель­но вы­стра­и­вать свой соб­ствен­ный марш­рут чте­ния) от од­но­го бло­ка ин­фор­ма­ции к дру­го­му, с не­из­беж­но­стью долж­ны бы­ли вы­звать от­вет­ную ре­ак­цию кни­ги ма­те­ри­аль­ной».

Мой чёр­но-бе­лый двух­том­ник про­би­вал­ся к све­ту дол­го и че­рез мно­же­ство ин­стан­ций. Два­дца­ти­лет­няя ис­то­рия его по­яв­ле­ния зна­ме­ну­ет му­чи­тель­ный про­цесс вос­пол­не­ния не­до­ста­ю­ще­го про­фес­си­о­наль­но­го сло­во­смыс­ла, эпи­зод со­про­тив­ле­ния не­ве­же­ству, не­даль­но­вид­но­сти, вы­со­ко­ме­рию. Гром­ко го­во­ря — слу­чай тор­же­ства спра­вед­ли­во­сти.

В ок­тя­бре 2016 го­да сту­дия NORM вы­сту­пи­ла на кон­фе­рен­ции «Се­ре­бро на­бо­ра» в Моск­ве с рас­ска­зом о сво­их про­ек­тах, и глав­ное вни­ма­ние в пре­зен­та­ции бы­ло уде­ле­но шриф­то­во­му ди­зай­ну. Вни­ма­тель­ное изу­че­ние про­ек­тов сту­дии NORM на­во­дит на мыс­ли о ра­бо­тах их швей­цар­ских пред­ше­ствен­ни­ков. К при­ме­ру, мож­но про­сле­дить общ­ность со взгля­да­ми Ад­ри­а­на Фру­ти­ге­ра на про­ек­ти­ро­ва­ние шриф­то­вых си­стем, или най­ти пе­ре­се­че­ния с ма­те­ма­ти­че­ским под­хо­дом в ис­кус­стве Мак­са Бил­ла.

Усло­вия вы­бо­ра про­ек­тов оста­лись преж­ни­ми: шрифт дол­жен со­дер­жать на­бор ки­рил­ли­че­ских зна­ков, пра­во на его ис­поль­зо­ва­ние долж­но быть до­ступ­но для при­об­ре­те­ния лю­бо­му же­ла­ю­ще­му, да­та вы­пус­ка — не ра­нее ян­ва­ря и не по­зд­нее де­ка­бря 2016 го­да. На этот раз до­пол­ни­тель­но к де­сят­ке мы ре­ши­ли со­брать не­боль­шой арьер­гард из 9 шриф­тов, а ав­то­рам шриф­тов за­да­­ли не­сколь­ко во­про­сов.

Раз­ве­де­ние «ху­до­же­ства» и «тех­ни­ки» не­пра­вед­но в прин­ци­пе. Оно ведёт к да­ле­ко иду­щим не­при­ят­ным по­след­стви­ям: стан­ко­вое на­чи­на­ет воз­вы­шать­ся над при­клад­ным, жи­во­пись — над гра­фи­кой, ил­лю­стри­ро­ва­ние — над ти­по­гра­фи­кой, из­бы­точ­ное (на­во­ро­чен­ное, за­трат­ное, осо­бое) — над до­ста­точ­ным (скром­ным и обы­ден­ным), на­руж­ное над вну­трен­ним, и да­же, как бу­дет по­ка­за­но, цвет­ное над чёр­но-бе­лым.

Речь пой­дёт о ти­по­гра­фи­че­ских осо­бен­но­стях, ко­то­рые не при­ня­то за­ме­чать. Од­на­ко они су­ще­ствен­ны во всех от­но­ше­ни­ях. Без­раз­лич­ные ди­зай­не­рам, они, как ни па­ра­док­саль­но, очень хо­ро­шо зна­ко­мы и да­же до­ро­ги чи­та­те­лям. Чи­та­те­ли под­со­зна­тель­но за­по­ми­на­ют эти осо­бен­но­сти, ибо они по­мо­га­ют ори­ен­ти­ро­вать­ся в кни­ге и да­же за­по­ми­нать про­чи­тан­ное. Та­ки­ми осо­бен­но­стя­ми по во­ле не­от­вра­ти­мой слу­чай­но­сти в раз­ной сте­пе­ни на­де­ле­на лю­бая ря­до­вая по­ло­са лю­бой кни­ги. Но сре­ди раз­ных по­лос есть наи­бо­лее ха­рак­тер­ные.

Вре­мя Збар­ско­го — вре­мя книг но­во­го сти­ля. Ко­рот­кая от­те­пель (1954–1964) в со­вет­ской жиз­ни и куль­ту­ре кос­ну­лась и про­стран­ства кни­ги, пре­об­ра­зо­ва­ла её со­став­ные эле­мен­ты: пе­ре­плёт­ные ма­те­ри­а­лы, фак­ту­ру, ко­ло­рит, ком­по­зи­цию об­ло­жек и ти­туль­ных ли­стов, ха­рак­тер лет­те­рин­га и сти­ли­сти­ку ил­лю­стра­ций. Гос­под­ство псев­до­клас­си­че­ско­го фа­са­да 40–50-х го­дов в кни­ге с его тор­же­ствен­ны­ми, стро­го сим­мет­рич­ны­ми и од­но­об­раз­но без­жиз­нен­ны­ми шриф­то­вы­ми ком­по­зи­ци­я­ми сме­ни­лось сво­бод­ным, лёг­ким и че­ло­веч­ным ри­со­ван­ным шриф­том.

Ти­по­граф, ав­тор и пе­да­гог Герд Фляй­ш­ман рас­ска­зы­ва­ет о вре­ме­ни, осо­бен­но­стях учеб­но­го про­цес­са и ти­по­гра­фи­ке шко­лы Ба­у­ха­у­з. «Ко­гда я впер­вые узнал о Ба­у­ха­у­зе в 1955 го­ду, Ба­у­ха­уз су­лил сво­бо­ду. Для ме­ня это преж­де все­го сво­бо­да. Се­го­дня же мно­гие вос­при­ни­ма­ют Ба­у­ха­уз имен­но как стиль. Од­на­ко ма­сте­ра и сту­ден­ты этой шко­лы все­гда стре­мил­ись ров­но к про­ти­во­по­лож­но­му».

Шриф­ты вы­ра­жа­ют дух вре­ме­ни. Бур­ные два­дца­тые XX ве­ка по­да­ри­ли ми­ру це­лый ряд от­кры­тий: прин­ци­пи­аль­ность в ис­кус­стве, но­вые идеи в на­у­ке, ин­тен­сив­ное раз­ви­тие ин­же­нер­ной мыс­ли в Гер­ма­нии. Это на­шло своё от­ра­же­ние и в «но­вой ти­по­гра­фи­ке». Меж­ду 1925 и 1930 го­да­ми по­явил­ся и прин­ци­пи­аль­но иной под­ход к шриф­там — их ста­ли «стро­ить», что да­ло им­пульс раз­ви­тию гео­мет­ри­че­ских гро­те­сков.

Ма­рия До­ре­ули о шриф­то­вом пе­ре­из­быт­ке и кри­зи­се в ти­по­гра­фи­ке. «Ин­те­рес к бук­вам в по­след­ние го­ды стре­ми­тель­но растёт. Растёт он во всём ми­ре, но в на­шей стра­не про­цесс ещё бо­лее оче­ви­ден на фо­не пред­ше­ству­ю­ще­го ему пе­ри­о­да без­раз­ли­чия и за­стоя. По­яв­ля­ют­ся шриф­то­вые шко­лы, про­во­дят­ся шриф­то­вые и око­лошриф­то­вые ин­тен­си­вы, кон­кур­сы, фе­сти­ва­ли, кон­фе­рен­ции. Ажи­о­таж во­круг шриф­то­вой те­мы дол­жен бы ра­до­вать, но у ме­ня со­здаёт­ся впе­чат­ле­ние, что от­расль раз­ви­ва­ет­ся слиш­ком не­по­сле­до­ва­тель­но».

Вла­ди­мир Кри­чев­ский о вы­став­ке «Кни­га гла­за­ми ди­зай­не­ра» в Рос­сий­ской го­су­дар­ствен­ной биб­лио­те­ке. «Нет про­стых, де­ло­вых, скром­ных, до­ступ­ных по це­не, сло­вом, „нор­маль­ных“ книг. Огром­ная часть рус­ских книг, вклю­чая са­мые ин­те­рес­ные и по­лез­ные, на­хо­дит­ся за пре­де­ла­ми куль­тур­но­го ти­по­гра­фи­че­ско­го осво­е­ния. По­роч­ный круг: „ве­ду­щий“ ди­зай­нер за „нор­маль­ную“ кни­гу не возь­мёт­ся, из­да­тель та­ко­вую ему не пред­ло­жит, на­шей ма­те­ри­аль­ной куль­ту­ре нет де­ла до обык­но­вен­но­го...»

Ве­ра Ев­стафье­ва рас­су­жда­ет о по­сто­ян­но ме­ня­ю­щи­хся тех­но­ло­ги­ях, их вли­я­нии на ха­рак­тер кон­ту­ра, и тех­но­ло­ги­че­ских огра­ни­че­ни­ях, ко­то­рые мож­но ис­поль­зо­вать в ка­че­стве ху­до­же­ствен­но­го приёма. «Си­сте­ма ко­ор­ди­нат пе­ре­вер­ну­лась. Те ве­щи, в ко­то­рых точ­ность руч­ной ра­бо­ты до­стиг­ла ка­ко­го-то сверхъ­есте­ствен­но­го ка­че­ства, вдруг ста­ли „про­ва­ли­вать­ся“ в на­шем вос­при­я­тии и в на­шей оцен­ке. Ком­пью­тер де­ла­ет эту ра­бо­ту бы­стрее и де­ше­вле, при­смот­реть­ся мы не все­гда ус­пе­ва­ем, а при­кос­но­ве­ние ру­ки в иде­аль­ной руч­ной ра­бо­те по­чти не за­мет­но...»

В ап­ре­ле это­го го­да ком­па­ния «Ян­декс» анон­си­ро­ва­ла соб­ствен­ный шрифт Yandex Sans. Этот шрифт раз­ра­ба­ты­вал­ся в те­че­ние не­сколь­ких лет ди­зай­не­ра­ми Ми­ге­лем Рей­е­сом, Ильёй Ру­дер­ма­ном и Кри­сти­а­ном Швар­цем в со­труд­ни­че­стве с ди­зай­не­ра­ми ком­па­нии. Мы по­го­во­ри­ли с участ­ни­ка­ми про­ек­та о це­лях, про­цес­сах и осо­бен­но­стях вне­дре­ния но­во­го шриф­та в «Ян­дек­се» и его про­дук­тах.

Еле­на Гер­чук рас­су­жда­ет о прин­ци­пи­аль­ном не­сход­стве бу­маж­ной и элек­трон­ной кни­ги, и за­даёт­ся во­про­сом, ка­кие сце­на­рии вза­и­мо­дей­ствия чи­та­те­ля с тек­стом и ме­диа бу­дут умест­ны в бу­ду­щем. «Про­шла эй­фо­рия от воз­мож­но­сти но­сить в од­ном кар­ма­не всю ми­ро­вую ли­те­ра­ту­ру, хоть ху­до­же­ствен­ную, хоть де­ло­вую (это уточ­не­ние в даль­ней­шем мо­жет ока­зать­ся весь­ма важ­ным). Ста­ло яс­но, что вме­сто про­стой, уже не раз слу­чав­шей­ся в ис­то­рии че­ло­ве­че­ства за­ме­ны ста­ро­го „но­си­те­ля ин­фор­ма­ции“ на но­вый про­изо­шло что-то со­всем дру­гое».

Мак­сим Жу­ков де­лит­ся лич­ны­ми вос­по­ми­на­ни­я­ми о сво­их встре­чах с все­мир­но из­вест­ным эстон­ским кал­ли­гра­фом, ху­дож­ни­ком шриф­та, книж­ным ди­зай­не­ром, ав­то­ром и пе­да­го­гом Вил­лу То­от­сом (1916–1993). «То­отс про­из­вел на ме­ня силь­ное впе­чат­ле­ние. Его об­лик и ма­не­ры про­ти­во­ре­чи­ли рас­хо­жим сте­рео­ти­пам о хо­лод­но­сти и мед­ли­тель­но­сти при­бал­тов: в каж­дом его дви­же­нии скво­зи­ли энер­гия и жи­вость». В этом го­ду ис­пол­ни­лось 100 лет со дня ро­жде­ния ма­сте­ра.

Вла­ди­мир Кри­чев­ский от­крыл ещё од­ну звез­ду в пле­я­де гра­фи­че­ских ди­зай­не­ров два­дца­тых го­дов XX ве­ка. Но­вая мо­но­гра­фия по­свя­ще­на Алек­сан­дру Ми­хай­ло­ви­чу Су­ри­ко­ву (1907–1946) и про­дол­жа­ет се­рию книг о ди­зай­не­рах «дца­тых», в ко­то­рой Кри­чев­ский уже рас­ска­зал о Ни­ко­лае Ильи­не, Кон­стан­ти­не Бор-Ра­мен­ском, Дмит­рии Бу­ла­но­ве. В по­ис­ках наи­бо­лее есте­ствен­но­го со­че­та­ния со­дер­жа­ния и оформ­ле­ния ав­тор вы­стра­и­ва­ет на­сто­я­щую по­ли­фо­ни­че­скую си­сте­му, в ко­то­рой на основ­ную те­му на­сла­и­ва­ют­ся по­боч­ные — как на уров­не тек­ста, так и на уров­не ди­зай­на.

«Лет­тер­хед» — преж­де все­го сту­дия гра­фи­че­ско­го ди­зай­на, но от­ли­ча­ет­ся она тем, что по­чти во всех про­ек­тах ис­поль­зу­ет шриф­ты из соб­ствен­ной биб­лио­те­ки. А если под­хо­дя­ще­го шриф­та нет, то раз­ра­ба­ты­ва­ет его, ис­хо­дя из по­став­лен­ной за­да­чи. За го­ды ра­бо­ты «на­ту­раль­ное хо­зяй­ство» лет­тер­хе­дов об­ре­ло мас­шта­бы боль­шой шриф­то­вой биб­лио­те­ки с гар­ни­ту­ра­ми са­мых раз­лич­ных жан­ров — от ак­ци­дент­ных до тек­сто­вых.

Ко­лон­ка Вла­ди­ми­ра Кри­чев­ско­го — о се­ман­ти­че­ской си­ле гра­фи­че­ско­го зна­ка, о си­ле, ко­то­рая про­яв­ля­ет­ся не­за­ви­си­мо от то­го, ка­кой смысл вк­ла­ды­ва­ет но­си­тель и вк­ла­ды­ва­ет ли во­об­ще. «При­ро­да прин­то- и лей­б­ло­ма­нии раз­ная, и её не­труд­но вы­явить по внеш­ним при­зна­кам: по оде­жде, сти­лю по­ве­де­ния, вы­ра­же­нию ли­ца. Од­ни са­мо­над­пи­са­ны по слу­чай­но­сти, дру­гие — по не­до­мыс­лию, тре­тьи — в же­ла­нии под­черк­нуть соб­ствен­ную не­от­ра­зи­мость, четвёр­тые — в пи­ку „от­ста­лым“ обы­ва­те­лям. Но за всем этим скры­та еди­ная не каж­дым осо­зна­ва­е­мая сущ­ность: ино­стран­ное сло­во яко­бы де­ла­ет рус­ско­го че­ло­ве­ка (см. при­ме­ча­ние) гра­жда­ни­ном ми­ра, при­об­ща­ет его к ис­тин­ной ци­ви­ли­за­ции».

«Но­вый мир» — один из ста­рей­ших рос­сий­ских жур­на­лов, из­да­ю­щий­ся с 1925 го­да. Как и дру­гие ли­те­ра­тур­ные тол­стя­ки («Ок­тябрь», «Друж­ба на­ро­дов» или «Зна­мя»), он про­дол­жа­ет вы­хо­дить каж­дый ме­сяц и пуб­ли­ко­вать ху­до­же­ствен­ную про­зу, сти­хи, очер­ки, фи­ло­соф­ские ма­те­ри­а­лы. Что про­ис­хо­ди­ло с ле­ген­дар­ным из­да­ни­ем на про­тя­же­нии 90 лет с точ­ки зре­ния ди­зай­на? По­эт, ли­те­ра­тур­ный кри­тик, глав­ный ре­дак­тор жур­на­ла «Но­вый мир» Ан­дрей Ва­си­лев­ский рас­ска­зал о свя­зи фор­мы и со­дер­жа­ния зна­ме­ни­то­го ли­те­ра­тур­но­го «тол­стя­ка», ко­то­рый он воз­глав­ля­ет с 1998 го­да.

В аме­ри­кан­ском из­да­тель­стве David R. Godine в сен­тя­бре про­шло­го го­да вы­шло жиз­не­опи­са­ние ита­льян­ско­го пу­ан­со­ни­ста, гравёра, пе­чат­ни­ка и ти­по­гра­фа Джам­бат­ти­сты Бо­до­ни (Giambattista Bodoni, 1740–1813). Уди­ви­тель­но, но до сих пор не су­ще­ство­ва­ло по­дроб­ной био­гра­фии это­го вы­да­ю­ще­го­ся ху­дож­ни­ка и ре­ме­слен­ни­ка, ко­то­рый ещё при жиз­ни стал на­ци­о­наль­ной гор­до­стью. Пи­са­тель­ни­ца и ис­сле­до­ва­тель­ни­ца Ва­ле­ри Ле­стер с ака­де­ми­че­ской стро­го­стью и опы­том бел­ле­три­ста вос­со­зда­ла мир, в ко­то­ром жил и ра­бо­тал Бо­до­ни.

Мы ре­ши­ли уб­рать из на­зва­ния на­ше­го еже­год­но­го об­зо­ра сло­во «топ». Опыт по­след­не­го от­бо­ра фи­на­ли­стов при­внёс в ред­кол­ле­гию — кро­ме жар­ко­го об­су­жде­ния и ка­те­го­ри­че­ских за­яв­ле­ний — по­ни­ма­ние, что эпи­тет «луч­ший», и уж тем бо­лее фра­за «луч­шая ки­рил­ли­ца», зву­чит край­не субъ­ек­тив­но и вы­со­ко­мер­но. «Луч­шее» не­про­из­воль­но тре­бу­ет по­лю­са «худ­шее», воз­бу­жда­ет со­мне­ния («до­ста­точ­но ли луч­шее?») и тре­бу­ет срав­не­ния «луч­ше, чем...». Да­бы из­бе­жать этих про­ти­во­ре­чий, мы со­сре­до­то­чи­лись на про­фес­си­о­наль­ном ин­те­ре­се к са­мо­му пред­ме­ту — шриф­ту как яв­ле­нию.

Гер­ман Цапф: «Макс Ка­флиш (Max Caflisch * 25.10.1916; † 03.03.2004) вы­сту­па­ет за удоб­ную и вос­тре­бо­ван­ную кни­гу, без изо­щрён­ных ти­по­гра­фи­че­ских приёмов. Он не от­но­сит­ся к по­чи­та­те­лям чи­холь­дов­ской шко­лы с её дог­ма­тич­ной ти­по­гра­фи­кой. В до­кла­де, опуб­ли­ко­ван­ном к 20-ле­тию осно­ва­ния Меж­ду­на­род­ной ас­со­ци­а­ции ти­по­гра­фов (ATypI) в 1977 го­ду, на стра­ни­це 29 мы чи­та­ем: „Во­прос, сле­ду­ет ли на­бо­ру быть сим­мет­рич­ным или аси­ммет­рич­ным, к сча­стью, по­те­рял свою ак­ту­аль­ность. Ти­по­гра­фи­ка не долж­на быть тра­ди­ци­он­ной или про­грес­сив­ной, она долж­на быть вы­стро­е­на та­ким об­ра­зом, что­бы про­стей­ши­ми и дей­ствен­ны­ми сред­ства­ми оп­ти­маль­но до­сти­гать по­став­лен­ной це­ли“».

Typer­a­dio — это ин­тер­нет-ра­дио­стан­ция о шриф­те и ди­зай­не. С 2004 го­да её ар­хив по­пол­ня­ет­ся и сей­час на­счи­ты­ва­ет око­ло 300 за­пи­сей ин­тер­вью с про­фес­си­о­на­ла­ми из сфе­ры ди­зай­на. На этот раз Typeradio (то есть Ли­за Э­не­бейс и До­нальд Бик­мен) от­ве­ча­ет на во­про­сы Ильи Ру­дер­ма­на во вре­мя шриф­то­вой кон­фе­рен­ции «Се­ре­бро на­бо­ра» (сен­тябрь 2015, Моск­ва).

Гла­ва о кни­гах и ху­дож­ни­ках 1960-х го­дов XX ве­ка из мо­но­гра­фии Юрия Гер­чу­ка «Ис­кус­ство пе­чат­ной кни­ги в Рос­сии XVI–XXI ве­ков». В тру­де Юрия Яко­вле­ви­ча Гер­чу­ка рас­смат­ри­ва­ют­ся слож­ные и ма­ло­ис­сле­до­ван­ные про­цес­сы ста­нов­ле­ния и раз­ви­тия ис­кус­ства пе­чат­ной кни­ги в Рос­сии за не­сколь­ко сто­ле­тий. Те­ма книж­но­го и шриф­то­во­го ди­зай­на в СССР 1960-х го­дов вы­бра­на на­ми не ­слу­чай­но: по­доб­но со­вет­ско­му от­те­пель­но­му ис­кус­ству, ди­зайн это­го пе­ри­о­да яв­ля­ет­ся яр­кой при­ме­той вре­ме­ни и по-преж­не­му вдох­нов­ля­ет мно­гих со­вре­мен­ных ху­дож­ни­ков.

«Мы очень дол­гое вре­мя вос­при­ни­ма­ли бук­вы как долж­ное и утра­ти­ли зна­ние об их про­ис­хо­жде­нии и струк­ту­ре. Да­же лю­ди, ко­то­рые счи­та­ют­ся экс­пер­та­ми, не до кон­ца по­ни­ма­ют, по­че­му те или иные бук­вы об­ла­да­ют опре­де­лён­ной фор­мой. Что­бы по­нять, что мы де­ла­ем, не­об­хо­ди­мо за­гля­нуть в ис­то­рию. Ведь на са­мом де­ле бук­вы сде­ла­ны... из дру­гих букв».

«За­да­чу адап­та­ции шриф­тов, из­на­чаль­но спро­ек­ти­ро­ван­ных на ла­тин­ской ал­фа­вит­ной осно­ве, для на­бо­ра на язы­ках, ис­поль­зу­ю­щих ки­рил­ли­цу, об­лег­ча­ет при­сут­ствие в обе­их си­сте­мах пись­мен­но­сти сход­ных или да­же оди­на­ко­вых по фор­ме сим­во­лов, при­том что они не­ред­ко обо­зна­ча­ют со­вер­шен­но раз­ные зву­ки». Мак­сим Жу­ков о ро­ли шриф­та Тра­я­но­вой ко­лон­ны в ис­то­рии ти­по­гра­фи­че­ско­го ди­зай­на в СССР и о раз­ра­бот­ке ки­рил­лов­ских ва­ри­ан­тов шриф­тов Adobe Trajan Pro 3 и Adobe Trajan Sans, в ко­то­рой ти­по­граф при­ни­мал уча­стие в ро­ли кон­суль­тан­та.

Пер­пе­туа — это по­сто­ян­ство, надёж­ность и вер­ность. От то­го же кор­ня про­ис­хо­дит всем из­вест­ное сло­во perpetual — «веч­ный» и зна­ме­ни­тое perpetuum mobile. Пер­пе­туа — имя хри­сти­ан­ской свя­той, рас­тер­зан­ной в Кар­фа­ге­не в III ве­ке на­шей эры. Пер­пе­туа — мыс в Ти­хом оке­а­не, на тер­ри­то­рии шта­та Оре­гон, он сла­вит­ся при­чуд­ли­во­стью при­бреж­ных скал и тан­ца­ми при­боя. Но кро­ме все­го это­го, Perpetua — шрифт Эри­ка Гил­ла, кам­не­ре­за, скуль­пто­ра, ти­по­гра­фа, гравёра и ху­дож­ни­ка, од­но­го из са­мых яр­ких и са­мо­быт­ных ав­то­ров XX ве­ка.

30 и 31 мая 2015 го­да в Моск­ве со­сто­ит­ся четвёр­тый по счёту фе­сти­валь «Ти­по­ма­ния» — еже­год­ный празд­ник шриф­та, ти­по­гра­фи­ки, кал­ли­гра­фии и ви­део, как пред­став­ля­ют его са­ми ор­га­ни­за­то­ры. «Шрифт» рас­спро­сил осно­ва­те­ля фе­сти­ва­ля, ди­зай­не­ра и пре­по­да­ва­те­ля Алек­сан­дра Ва­си­на о под­го­тов­ке к это­му со­бы­тию, жиз­ни вне фе­сти­ва­ля и его сов­мест­ных с На­та­льей Вель­чин­ской учеб­ных про­ек­тах.

В мар­те 2013 го­да в из­да­тель­стве Unit Editions вы­шла не­боль­шая кни­га, про­лив­шая свет на жизнь и твор­че­ство ни­дер­ланд­ца Юр­ри­а­на Шро­фе­ра (1926–1990), ма­ло­из­вест­но­го за пре­де­ла­ми ро­ди­ны мно­го­гран­но­го ди­зай­не­ра. Он до­бил­ся но­ва­тор­ских ре­зуль­та­тов в про­ек­ти­ро­ва­нии фо­токниг, фир­мен­ных сти­лей, участ­во­вал в ко­ор­ди­на­ции ди­зайн-со­об­ще­ства и по­ли­ти­ки в сфе­ре твор­че­ских ин­ду­стрий Гол­лан­дии, а на пи­ке сво­ей ка­рье­ры в 70-х от­ме­тил­ся при­чуд­ли­вым экс­пе­ри­мен­таль­ным под­хо­дом к по­стро­е­нию шриф­тов и слож­ных рит­ми­че­ских ком­по­зи­ций на их осно­ве.

«С воз­ник­но­ве­ни­ем циф­ро­вых тех­но­ло­гий ко­ли­че­ство ди­зай­не­ров шриф­та вы­рос­ло не­ве­ро­ят­но. Но я не ви­жу в этом ни­че­го пло­хо­го. Это за­ме­ча­тель­но, ко­гда есть ве­ли­кое мно­же­ство лю­дей, с ко­то­ры­ми мож­но встре­чать­ся и об­су­ждать, на­сколь­ко раз­ные про­дук­ты мы со­здаём или на­сколь­ко на­ши шриф­ты по­хо­жи, ко­гда мы ри­су­ем ней­траль­ный гро­теск».

Пуб­ли­ка­ция луч­ших шриф­тов по мне­нию жур­на­ла в про­шлом го­ду вы­зва­ла не­обык­но­вен­ный ин­те­рес и до сих пор этот ма­те­ри­ал один из са­мых чи­та­е­мых. Про­шед­ший 2014 год по­ка­зал, что ко­ли­че­ство шриф­тов с ки­рил­ли­цей не­уклон­но растёт. На кон­курс «Со­вре­мен­ная ки­рил­ли­ца 2014», бы­ло при­сла­но бо­лее 350 про­ек­тов с ки­рил­ли­цей. Но из это­го вну­ши­тель­но­го чис­ла лишь ни­чтож­ная часть про­ек­тов вы­хо­дит на ры­нок и на все­об­щее обо­зре­ние, боль­шин­ство же про­ек­тов, со­здан­ных в том чис­ле при­знан­ны­ми ма­сте­ра­ми, остаёт­ся, увы, в сто­ле.

«Я рас­смат­ри­ваю се­бя как прак­ти­ку­ю­ще­го шриф­то­во­го ди­зай­не­ра, ко­то­рый в мень­шей сте­пе­ни ори­ен­ти­ро­ван на ис­то­ри­че­ское об­ос­но­ва­ние сво­ей де­я­тель­но­сти и в боль­шей — на по­пыт­ку со­зда­вать не­что ак­ту­аль­ное, но­вое. Усло­вие, при ко­то­ром я бе­русь за про­ект, — воз­мож­ность при­ду­мать что-то уни­каль­ное, что мог­ло бы стать вк­ла­дом в шриф­то­вое на­сле­дие или об­щую ми­ро­вую куль­ту­ру, хо­тя это, на­вер­ное, зву­чит слиш­ком са­мо­уве­рен­но...»

C. Б. Те­лин­га­тер: «Я не мо­гу от­де­лать­ся от мыс­ли, что в про­цес­се сво­е­го ис­то­ри­че­ско­го раз­ви­тия язы­ко­вые ал­фа­ви­ты вме­сто то­го, чтоб со­хра­нить и со­вер­шен­ство­вать пер­во­род­ные до­сто­ин­ства про­сто­ты сво­ей пер­во­осно­вы, утра­ти­ли их, услож­ни­ли воз­мож­ность един­ствен­но­го поль­зо­ва­ния ал­фа­ви­том. Клас­си­че­ская пер­во­осно­ва этих на­ци­о­наль­ных ал­фа­ви­тов, гре­ко-рим­ская фор­ма ал­фа­ви­та, бы­ла по­стро­е­на на со­от­вет­ствии от­дель­ной гра­фе­мы бук­вы, со­от­вет­ству­ю­щей зву­ко­вой еди­ни­це фо­не­ма­ти­че­ско­го строя язы­ка, — од­на бук­ва услов­но вы­ра­жа­ла один звук...»

«Лет­те­ринг — это вещь в се­бе, со сво­им вну­трен­ним рит­мом, ак­цен­та­ми, риф­ма­ми. К не­му бо­лее при­ме­ни­мы эф­фект­ные хо­ды, ко­то­рые мо­гут, на­при­мер, яр­че окра­сить смысл на­пи­сан­но­го. И по­том, лет­те­ринг — все­гда кон­крет­ное сло­во, фра­за, опре­делён­ное со­че­та­ние букв, за­дан­ное ме­сто­по­ло­же­ние, а со шриф­том ни­ко­гда не зна­ешь, что и где им бу­дет на­пи­са­но. Мо­гут ли быть пе­ре­се­че­ния? По­ка, по­жа­луй, их не бы­ло, но ис­клю­чать та­кую воз­мож­ность не сто­ит».

В но­я­бре 2014 го­да в Моск­ве вы­шла не­обыч­ная кни­га — «Два шриф­та од­ной ре­во­лю­ции». Её ав­то­ры Вла­ди­мир Кри­чев­ский и Алек­сей Дом­бров­ский на­пи­са­ли об од­ном вре­ме­ни (1920-х), но о двух со­вер­шен­но раз­ных ти­по­гра­фи­че­ских па­ра­диг­мах. Кро­ме то­го, в кни­ге во­пло­ти­лась дав­няя меч­та Кри­чев­ско­го о вза­им­ном ком­мен­та­рии — в кон­це каж­до­го раз­де­ла ав­тор ком­мен­ти­ру­ет текст кол­ле­ги. Так пе­ред на­ми раз­во­ра­чи­ва­ет­ся ещё и фи­ло­ло­ги­че­ская иг­ра с осо­бым сю­же­том. Мы по­про­си­ли Еле­ну Гер­чук про­чи­тать и рас­смот­реть кни­гу, её впе­чат­ле­ния пе­ред ва­ми.

«„Он вы­ра­бо­тал со­вер­шен­но но­вый шрифт, не­по­нят­но из ка­ких ис­точ­ни­ков вы­ве­ден­ный...“ — на­пи­сал Эраст Куз­не­цов о Сер­гее Че­хо­ни­не. Дей­стви­тель­но, в ис­то­рии ки­рил­ли­цы (как, впро­чем, и лю­бой дру­гой пись­мен­но­сти) не най­дёт­ся ни од­но­го об­раз­ца, сколь-ни­будь близ­ко­го че­хо­нин­ским бук­вам. И всё же ис­точ­ни­ки, хо­тя бы кос­вен­ные, впол­не мож­но обо­зна­чить».

«Про­сто нуж­но по­ни­мать, что од­ной ло­ги­ки не­до­ста­точ­но, что­бы лю­бить эту про­фес­сию, осо­бен­но в слу­чае с ки­рил­ли­цей. Ты бы­стро пой­мёшь ка­кие-то прин­ци­пы, и они бу­дут при­ми­тив­ны. А что даль­ше де­лать — не­по­нят­но. Ге­ний же вдох­нов­ля­ет на дру­гом уров­не. Если у те­бя нет воз­вы­шен­ных идей, нуж­на сверх­силь­ная ар­гу­мен­та­ция, что­бы за­ни­мать­ся ки­рил­ли­цей, по­то­му что в ней осо­бой по­э­зии нет».

В 1930 го­ду в СССР про­изо­шло важ­ное со­бы­тие, су­ще­ствен­но по­вли­яв­шее на раз­ви­тие по­ли­гра­фи­че­ско­го оформ­ле­ния из­да­ний на про­тя­же­нии де­ся­ти­ле­тий. В фе­вра­ле Все­со­юз­ным ко­ми­те­том по стан­дар­ти­за­ции был при­нят обя­за­тель­ный Об­ще­со­юз­ный стан­дарт 1337 «Шриф­ты гар­то­вые». Всту­пая в си­лу с 1932 го­да, ОСТ 1337 ре­гла­мен­ти­ро­вал ас­сор­ти­мент руч­ных шриф­тов, про­из­во­ди­мых оте­че­ствен­ны­ми сло­во­лит­ня­ми. Кро­ме то­го, фак­ти­че­ски он опре­де­лял и шриф­то­вой ас­сор­ти­мент ти­по­гра­фий, по­сколь­ку не во­шед­шие в не­го шриф­ты долж­ны бы­ли быть изъ­яты и сда­ны для пе­ре­плав­ки.

«Я со­би­ра­лась на шриф­то­вое ме­ро­при­я­тие к укра­ин­ским кол­ле­гам, и вне­зап­но ме­ня прон­зи­ла мысль, что у нас в Рос­сии нет ни­че­го по­доб­но­го. Мне это по­ка­за­лось на­столь­ко не­спра­вед­ли­вым и да­же обид­ным, что я по­ду­ма­ла: нуж­но сроч­но ис­прав­лять си­ту­а­цию, вот пря­мо се­го­дня».

В кни­ге «ЗИМ. Горь­ков­ский ам­пир» бук­валь­ность «Боль­шо­го сти­ля» ока­за­лась свое­об­раз­но обы­гра­на ди­зай­не­ра­ми с по­мо­щью ти­по­гра­фи­че­ских ре­ше­ний и гра­фи­че­ских ре­плик на из­да­ния 50-х го­дов, од­на­ко об­раз кни­ги остав­ля­ет бо­лее объ­ём­ное впе­чат­ле­ние. Со­зда­ние ЗИМа про­хо­ди­ло в кон­тек­сте дей­стви­тель­но ве­ли­кой эпо­хи, но ве­ли­кой не столь­ко сво­и­ми до­сти­же­ни­я­ми, как до сих пор ка­жет­ся мно­гим в Рос­сии, но преж­де все­го — сво­ей тра­ге­ди­ей, до се­го­дняш­не­го дня не по­лу­чив­шей до­стой­ной оцен­ки в об­ще­стве.

«Я по­тра­тил не­ма­ло ча­сов сво­ей пе­чаль­ной жиз­ни на встав­ку ма­лю­сень­ких свин­цо­вых бру­соч­ков меж­ду ты­ся­ча­ми ли­тер, про­шед­ших че­рез мои паль­цы» — так пи­сал Илья Зда­не­вич в сво­их за­мет­ках Пять­де­сят лет спу­стя. О том, что он был ти­по­гра­фом в пол­ном смыс­ле сло­ва, го­во­рят не толь­ко его соб­ствен­ные при­зна­ния. По­чти все ав­то­ры, пи­шу­щие о фу­ту­риз­ме, схо­дят­ся в том, что все име­на «лу­чи­стых по­этов», чьи ра­бо­ты да­ны в ста­тье С. Ху­да­ко­ва из сбор­ни­ка Осли­ный хвост и Ми­шень (1913), как и имя ав­то­ра ста­тьи, — вы­мы­сел И. Зда­не­ви­ча. Если так, то са­мые ран­ние фу­ту­ри­сти­че­ские экс­пе­ри­мен­ты с на­бо­ром пред­при­ня­ты (до Ма­ри­нет­ти) имен­но им.

Я счи­таю успеш­ным та­кой тек­сто­вый шрифт, в ко­то­ром ди­зай­нер по­до­шёл с умом к зна­ко­во­му со­ста­ву и к пла­ни­ро­ва­нию се­мьи. С это­го мы на­чи­на­ли ра­бо­ту в Гол­лан­дии. Да­же на при­ме­ре не­сколь­ких букв мож­но по­ка­зать и ар­гу­мен­ти­ро­вать, по­че­му нуж­ны имен­но та­кие на­чер­та­ния.

Гла­ва из кни­ги «Об ис­кус­стве, о кни­ге, о гра­вю­ре» (Моск­ва, 1986) ма­сте­ра рус­ской гра­вю­ры, книж­но­го ди­зай­на, жи­во­пис­ца и те­о­ре­ти­ка ис­кус­ства Вла­ди­ми­ра Фа­вор­ско­го. В ста­тье рас­смат­ри­ва­ет­ся гра­фи­че­ская вы­ра­зи­тель­ность от­дель­ных букв рус­ско­го ал­фа­ви­та, осо­бен­но­сти ком­по­зи­ции сло­ва и фра­зы, за­тра­ги­ва­ют­ся важ­ные по­ня­тия чёр­но­го и бе­ло­го в шриф­те. Не мень­ший ин­те­рес пред­став­ля­ют рас­су­жде­ния ве­ли­ко­го гра­фи­ка о свя­зи шриф­та с ил­лю­стра­ци­я­ми.

Мы от­кры­ва­ем се­рию ав­тор­ских ко­ло­нок о бук­вах ки­рил­лов­ско­го ал­фа­ви­та. Что мож­но ска­зать о бук­ве, гля­дя на неё? Толь­ко то, что её фор­ма под­ра­зу­ме­ва­ет бес­чис­лен­ное ко­ли­че­ство ва­ри­ан­тов. Но что про­ис­хо­дит, ко­гда мы срав­ни­ва­ем бук­ву с по­доб­ны­ми ей зна­ка­ми в си­сте­ме шриф­та? Фор­ма бук­вы на­чи­на­ет об­ре­тать смысл. Ди­зай­нер шриф­та Га­янэ Баг­да­са­рян де­лит­ся соб­ствен­ным мне­ни­ем о фор­мо­об­ра­зо­ва­нии од­ной их са­мых не­про­стых в ис­пол­не­нии букв на­ше­го ал­фа­ви­та.

«Рос­сия пе­ре­жи­ва­ет шриф­то­вой бум, а ко­гда-то мы про­бав­ля­лись пя­тью гар­ни­ту­ра­ми. В те не­далёкие вре­ме­на я тре­пе­тал пе­ред всем, что свя­за­но со шриф­том, ны­не хо­чу раз­вен­чать культ изящ­но­го пред­ме­та. Нет, я це­ню и, ка­жет­ся, по­ни­маю твор­че­ство та­лантли­вых и бой­ких ма­сте­ров тон­чай­ших раз­ли­чий и оп­ти­че­ских ил­лю­зий, но не счи­таю нор­маль­ным та­кое по­ло­же­ние ве­щей, ко­гда их (ма­сте­ров) ста­ра­ни­я­ми про­бле­ма­ти­ка мель­чай­ше­го струк­тур­но­го эле­мен­та на­чи­на­ет тес­нить про­бле­ма­ти­ку зри­тель­но­го оформ­ле­ния тек­ста и гра­фи­че­ской ве­щи, ко­гда ка­мер­ный „тайп-ди­зайн“ но­ро­вит под­ме­нить боль­шую „ти­по­гра­фи­ку“».

«Шриф­ты су­ще­ству­ют не в ва­ку­у­ме: они об­ре­та­ют фор­му и смысл, по­сколь­ку на­хо­дят­ся в диа­ло­ге со мно­ги­ми дру­ги­ми уже су­ще­ству­ю­щи­ми шриф­та­ми, а так­же от­ве­ча­ют ме­ня­ю­щим­ся усло­ви­ям ис­поль­зо­ва­ния шриф­тов. Хо­ро­ше­му ди­зай­не­ру не­об­хо­ди­мо об­ла­дать на­вы­ка­ми ис­сле­до­ва­те­ля и долж­ным по­ни­ма­ни­ем ис­то­рии и прак­ти­ки ти­по­гра­фи­ки».

«И я не ду­маю, что „Бо­рис Го­ду­нов“ сде­лан ина­че, чем, ска­жем, „Кни­га Руфь“ или Пиль­няк... Пиль­няк, меж­ду про­чим, — книж­ка, особ­ня­ком сто­я­щая, ни­че­го по­хо­же­го у Фа­вор­ско­го боль­ше нет, очень ин­те­рес­ная ра­бо­та, но она един­ствен­ная в своём ро­де. „Кни­га Руфь“ ле­жит в ка­ком-то ря­ду, а здесь всё бы­ло из­го­тов­ле­но со­вер­шен­но ина­че. Я ду­маю, что это ско­рее об­щее вли­я­ние ат­мо­сфе­ры ху­до­же­ствен­ной, ко­то­рая всё-та­ки бы­ла дру­гой, и уже ра­бо­тать так, как в 20-е го­ды, бы­ло, ви­ди­мо, не­льзя. Вну­трен­не не­льзя, не толь­ко внеш­не, не толь­ко по внеш­ним при­чи­нам. Все­гда бы­ли лю­ди, ко­то­рые счи­та­ли, что на­сто­я­щий Фа­вор­ский — ран­ний, бы­ли лю­ди, ко­то­рые счи­та­ли, что на­сто­я­щий Фа­вор­ский — позд­ний».

Нью-Йорк, 15 сен­тя­бря 1995. «В со­вет­скую эпо­ху, ко­гда „шриф­то­вое хо­зяй­ство“ бы­ло взя­то на спе­цучёт, раз­ви­тие ти­по­гра­фи­ки бы­ло пре­се­че­но за не­на­доб­но­стью. Как сек­са, ти­по­гра­фи­ки в СССР — не су­ще­ство­ва­ло... Од­но­вре­мен­но, с рас­про­стра­не­ни­ем ри­со­ван­но­го шриф­та (все мы ри­со­ва­ли шрифт; а что нам оста­ва­лось?!), к ху­дож­ни­кам кни­ги при­шло уди­ви­тель­ное, ни с чем не срав­ни­мое „чув­ство хо­зя­и­на“ шриф­та, и его ри­со­ва­ние сде­ла­лось ин­тим­ным сред­ством са­мо­ут­вер­жде­ния. В от­сут­ствие на­сто­я­щей шко­лы, в про­ти­во­есте­ствен­ных об­сто­я­тель­ствах си­му­ля­ции ти­по­гра­фи­ки под­руч­ны­ми сред­ства­ми, шриф­то­вая гра­фи­ка пре­вра­ти­лась в уни­каль­ное по на­ка­лу стра­стей ри­ста­ли­ще ху­дож­ни­че­ских ам­би­ций. Жар этих „раз­бо­рок“ ощу­ща­ет­ся и по­ны­не».

Вы­ступ­ле­ние Юрия Гер­чу­ка на кон­фе­рен­ции ATypI-2008 в Санкт-Пе­тер­бур­ге: «В те­о­рии про­ис­хо­жде­ния гра­ждан­ско­го шриф­та, вы­дви­ну­той в 1947 го­ду ис­то­ри­ком шриф­та А. Г. Шиц­га­лом, из­ло­же­но, что имен­но ско­ро­пись и по­слу­жи­ла для не­го „гра­фи­че­ской осно­вой“. Те­о­рия эта не под­вер­га­лась до сих пор серьёз­ной кри­ти­ке и лег­ла в осно­ву позд­ней­ших ха­рак­те­ри­стик пет­ров­ско­го шриф­та. Меж­ду тем как мо­ти­вы, так и до­во­ды это­го ав­то­ра пред­став­ля­ют­ся мне со­мни­тель­ны­ми».

Мы с ва­ми ока­за­лись в си­ту­а­ции аб­со­лют­но­го от­сут­ствия об­зо­ров ки­рил­ли­че­ских шриф­тов. Эту функ­цию до сих пор в Рос­сии вы­пол­ня­ли толь­ко не­ре­гу­ляр­ные кон­кур­сы, что ли­ша­ет нас воз­мож­но­сти еже­год­но на­блю­дать об­щую кар­ти­ну. Пе­ред ва­ми по­пыт­ка по­ло­жить на­ча­ло та­кой тра­ди­ции — луч­шие шриф­ты с ки­рил­ли­цей 2013 го­да по мне­нию жур­на­ла «Шрифт».

До­ро­гие чи­та­те­ли, мож­но ска­зать, что пер­вый этап тур­бу­лент­но­сти, свя­зан­ный с за­пус­ком жур­на­ла, по­за­ди: на на­строй­ку сай­та и ре­дак­ци­он­ной жиз­ни ушло око­ло пя­ти ме­ся­цев. Те­перь мы мо­жем по­го­во­рить о на­ших пла­нах и пуб­ли­ка­ци­ях, ко­то­рые бу­дут по­яв­лять­ся на стра­ни­цах «Шриф­та» в обо­зри­мом бу­ду­щем.

Шриф­ты Ки­ша — од­ни из луч­ших об­раз­цов ди­на­мич­ной ба­роч­ной гол­ланд­ской ан­ти­к­вы ста­ро­го сти­ля. В очер­ке Вла­ди­мир Ефи­мов по­дроб­но рас­ска­зы­ва­ет об ис­то­рии со­зда­ния ки­рил­ли­че­ской гар­ни­ту­ры Bitstream Kis — со­вре­мен­ной вер­сии шриф­тов Ки­ша. Один из кра­си­вей­ших ла­тин­ских шриф­тов эпо­хи ве­ли­ко­го са­мо­держ­ца, по мне­нию ав­то­ра, даёт от­вет на ре­зон­ный во­прос: «Мог­ла ли фор­ма пет­ров­ско­го шриф­та быть иной?»

«В Амаль­те сум­ми­ро­ва­лись им­пуль­сы, зна­ния, мыс­ли, на­ко­пив­ши­е­ся к на­ча­лу ра­бо­ты над ней, при­шед­шие из раз­ных мо­их за­ня­тий, из раз­ных лет: и сам по се­бе шриф­то­вой ди­зайн, пре­по­да­ва­ние, и дав­ний опыт учёбы».

Ста­тья на­пи­са­на Вла­ди­ми­ром Кри­чев­ским, ав­то­ром из­вест­ных книг, ис­сле­до­ва­те­лем рус­ско­го гра­фи­че­ско­го ди­зай­на на­ча­ла XX ве­ка. «Ти­по­гра­фи­ка фу­ту­ри­стов...» бы­ла опуб­ли­ко­ва­на в «Те­рен­тьев­ском сбор­ни­ке» под ре­дак­ци­ей С. Куд­ряв­це­ва в 1998 го­ду и, по сло­вам ав­то­ра, оста­лась не­про­чи­тан­ной как ди­зай­не­ра­ми, так и фи­ло­ло­га­ми.

В кни­ге «Штрих. Тео­рия пись­ма» сум­ми­ро­ва­ны ре­зуль­та­ты прак­ти­че­ских за­ня­тий Гер­ри­та Но­орд­зея и его уче­ни­ков в Ко­ро­лев­ской ака­де­мии ис­кусств в Га­а­ге. Зна­ме­ни­тая тео­рия охва­ты­ва­ет ряд важ­ных по­сту­ла­тов — от по­ня­тия бе­ло­го про­стран­ства в сло­ве до по­дроб­но­го раз­бо­ра дви­же­ния штри­ха.

С 1982 го­да Меж­ду­на­род­ная ти­по­гра­фи­че­ская ас­со­ци­а­ция (ATypI) вру­ча­ет приз име­ни сво­е­го пер­во­го пре­зи­ден­та Шар­ля Пе­ньо ди­зай­не­рам не стар­ше 35 лет «за вы­да­ю­щий­ся вклад в шриф­то­вой ди­зайн». В этом го­ду пре­стиж­ную на­гра­ду за­во­е­ва­ла Алек­сан­дра Ко­роль­ко­ва.

Жур­нал вы­пус­ка­ет­ся с 2007 го­да из­да­те­лем Ире­ной Лес­нев­ской в со­ю­зе с глав­ным ре­дак­то­ром Ев­ге­ни­ей Аль­бац. В 2008 го­ду жю­ри ев­ро­пей­ской пре­мии «Сво­бод­ная прес­са Во­сточ­ной Ев­ро­пы» от­ме­ти­ло The New Times как од­но из луч­ших пе­чат­ных из­да­ний в Рос­сии, от­ли­ча­ю­ще­е­ся «сво­бод­ным со­зна­ни­ем и мне­ни­ем».

Counterpunch Фре­да Смей­ер­са — кни­га, по­свя­щён­ная шриф­то­во­му ре­ме­с­лу в пе­ри­од Вы­со­ко­го Воз­рож­де­ния (1520–1600) во Фран­ции и ис­то­ри­че­ских Ни­дер­лан­дах. Об­ра­ще­ние к ис­то­рии на­хо­дит у Смей­ер­са прак­ти­че­ское при­ме­не­ние в ди­зай­не шриф­та се­год­ня.

На пер­вый взгляд ди­зай­нер сде­лал всё, что­бы удо­вле­тво­рить пред­ска­зу­е­мые за­про­сы глян­це­вых из­да­ний и вы­ве­сти на ры­нок оче­ред­ную ма­нер­ную ан­ти­кву но­во­го сти­ля — на­след­ни­цу ба­роч­ных шриф­тов фран­цу­за Ди­до или ита­льян­ца Бо­до­ни.

Очерк Вла­ди­ми­ра Ефи­мо­ва об ис­то­рии граж­дан­ско­го шриф­та и со­зда­нии со­вре­мен­но­го ки­рил­ли­че­ско­го шриф­та с учё­том ис­то­ри­че­ских форм — Civil Type and Kis Cyrillic. Се­год­ня, спу­стя 10 лет по­сле вы­хо­да, ста­тья не толь­ко не по­те­ря­ла сво­ей ак­ту­аль­но­сти, но ещё силь­нее спо­соб­на взвол­но­вать и про­фес­си­о­на­лов, и про­сто чи­та­те­лей, ко­то­рые ин­те­ре­су­ют­ся ис­то­ри­ей граж­дан­ско­го шриф­та.